«Перепады настроения» Александра Донского: А когда я вообще бываю нормальным?

Поделитесь с друзьями

Эпатажный предприниматель Александр Донской недавно выпустил книгу о своей жизни с биполярным расстройством. Мы взяли у него интервью, в котором он рассказал о том, что все бизнесмены немного безумны, и как написание книги спасло его от самоубийства. 

Александр Донской — бывший мэр Архангельска и заключенный СИЗО, неудавшийся кандидат в президенты России, основатель музеев эротики и необычных развлекательных проектов. Он же — автор и исполнитель более чем странных перфомансов: его наблюдали в костюме вагины на улице «Красных фонарей» в Амстердаме и в мантии шейха в Дубае.  

Этой осенью Александр публично объявил, что причина многих его успехов, провалов и странностей — в биполярном расстройстве, которым он страдает с детства. Предприниматель выпустил об этом целую книгу — что-то среднее между исповедью и ликбезом для людей с нестабильной психикой.

Александр, вы — возможно, первый в России бизнесмен, который решился рассказать о собственных психических проблемах. Если на Западе такие каминг-ауты уже вполне привычны, то у нас — огромная редкость даже среди звезд шоу-бизнеса. Что вас на это сподвигло?

— Когда я начал надиктовывать эту книжку помощнице, сказал: если хотя бы одного человека она спасет, значит, не зря. А через час перезвонил ей и добавил: если она спасет хотя бы меня, уже хорошо. Так что это книга помощи самому себе. На самом деле я не знаю точно, зачем она нужна, просто захотелось обо всем пережитом рассказать.

Я в своей жизни сделал массу странных вещей. Например, записал видеоролик: «Если боишься обосраться публично — пройдись в обосранных трусах по Арбату!» Получил кучу негатива, даже моей дочке в школе говорили, что папа у нее дебил. А в тот момент я был уверен, что это круто. Точно так же под настроение сделал ролик о том, что следующим президентом будет гей. В итоге вышел сюжет на России 24 о том, что я гей и иду баллотироваться.

Но все эти вещи я просто не мог не сделать, иначе они бы застряли в моей голове и зудели.

Думаю, это типично для биполярников: лучше делать, чем не делать. Потому что когда в голове нет идей, нет желаний, появляются мысли, что жизнь закончилась. Остаются только проблемы, которые нужно разгребать.

Когда читаешь эту книгу, складывается впечатление, что в биполярном расстройстве масса плюсов: поток креатива, энергия, идеи, которые больше никому не приходят в голову. Так ли это для вас?

В период эйфории я получаю уникальные черты, которых нет ни у кого из живущих. Я чувствую себя всемогущим. Иногда я чувствую себя инопланетянином из-за сверхспособностей. Иногда мне кажется, что я экстрасенс и могу навести на людей счастье — не порчу, а именно счастье. Но при этом чувство беспокойства, взбудораженности, тревожности сопровождает меня постоянно — цитата из книги «Перепады настроения».

— Все далеко не безоблачно, и мании тоже. Например, что я сделал в последний период подъема, перед тем, как началась нынешняя депрессия? Разругался в хлам с сыном, заблокировал в телефоне 13-летнюю дочь, послал подальше сестру, ушел от жены и собрался к другой, влез в два проекта. Решил открывать клуб в Питере, собрал уже команду, объявил, что на открытии будет Пэрис Хилтон. А потом почти все начатое свернул. Потому что в депрессии начинаешь осознавать: куда я влез вообще? И непонятно, что из этих начинаний принесет пользу, пока что одни убытки. Чем дальше, тем больше я совершаю ошибок.

И мысли о самоубийстве посещают часто, вчера вот например. У меня в комнате есть доска, я писал на ней: «Зачем я живу?». Пытался найти ответ два месяца. А потом прошла депрессия и снова стало все классно. 

Сейчас мучаюсь вопросом: а когда я вообще бываю нормальным? Депрессия — ненормальное состояние, мания — ненормальное, что же остается? Я не чувствую периодов ремиссии.

Мне кажется, очень глупо совершить суицид, когда пишешь книгу о биполярном расстройстве. Да и потом глупо.

Но все же вам удается держаться на плаву — строить бизнес, отношения. Какими лайфхаками вы бы поделились с собратьями по разуму?

— Очень важно, кто с тобой рядом. Мои близкие меня поддерживали. Жена прочитала несколько книжек о биполярном расстройстве, даже поговорила с моим психиатром. Она помогает вести дневник, напоминает о таблетках (я даже не могу сейчас вспомнить их название) и утешает, что это состояние временное, оно пройдет.

В депрессию я пытаюсь выходить из дома, не замыкаться. Самый худший день – когда я вообще ни с кем не говорил. Даже какая-то никчемная встреча, разговор ни о чем, но ты уже вышел из дома.

Но в то же время депрессия (которую я раньше называл ленью и апатией) учит делегировать полномочия, не брать на себя на работе абсолютно все. Когда я читаю истории других людей с биполярным расстройством, которым неоткуда было ждать помощи, некому делегировать дела, думаю: а что бы я делал на их месте —  может быть, повесился бы давно.

Сейчас понял, что нужно общаться с другими биполярниками, потому что многие вещи у нас похожи. У домохозяйки или работника банка могут быть очень похожие с моей истории. Например, у него нет денег, но он оформляет кредит и раздает все деньги случайным встречным.

Еще творчество — это очень здорово, не для достижений, а для себя. В одну из депрессий я даже начал рисовать, поучился у одного художника. В эти моменты я был абсолютно увлечен и спокоен.

Однажды мне помогло выжить увлечение коучингом. Ведь когда ты пытаешься кому-то помочь, ты и себя тоже вытягиваешь, поднимаешь свою самооценку, упавшую на самое дно. Был тяжелый период, когда я вылетел из политики, после тюрьмы, без денег — сначала на всякую фигню тратил тысячи долларов, потом на адвокатов. Тогда я начал консультировать людей и понял, что тоже могу. Слушал, как они выходили из трудных ситуаций, и это помогало.

Мне стало казаться, что я в тюрьме уже долго- не месяц, не два, а год, три, пять лет, десять… Временами в голову закрадывалась мысль: А что если я всегда был только здесь? Что если вся моя жизнь на свободе — бизнес-империя, победа на выборах, пост мэра — только галлюцинация? Что если на самом деле я все еще маленький мальчик, и это та самая комната, в которой меня запирали родители, чтобы я не мешался под ногами? — цитата из книги «Перепады настроения».

Я тогда жаловался коллеге: наверное, я уже на дне, мне не на что купить детям еду. Тогда мало кто мне верил, думали, что если я был мэром, значит, наворовал кучу денег. Она отвечала: это не самое дно, раз не от чего оттолкнуться. И действительно, вскоре я снова стал выбираться.

Позже понял, что в депрессии сложно самому себя вытащить из болота, как Мюнхгаузен. Когда плохо, мне трудно обращаться к людям, сложно признать, что что-то нужно. Товарищ предлагает помощь, а я физически не могу ему даже позвонить. Наверное, мужикам это вообще сложно – прямо сказать, что нужна помощь.

Как вы решились на лечение? Каков опыт общения с отечественной психиатрией?

— Сначала общался только с психологами. Меня спрашивали: из-за чего ты нервничаешь? А я не мог ответить, просто становлюсь внезапно серо-буро-малиновым.

Потом стал ходить по психиатрам. Был у разных врачей, они разное говорили. У одного врача была версия, что это расстройство личности, еще у одного — что синдром дефицита внимания (СДВГ). Сканировали мозг несколько раз, даже предлагали воздействовать на магнитные волны специальным прибором. Был еще аюрведический врач, индус, он советовал просто смириться с тем, что у меня такой характер.

Один доктор говорит: надо тебя срочно в больницу, так бесполезно лечиться. Мне очень страшно стало, и от больницы, и от перспективы пить таблетки всю жизнь. Пытались положить меня в частную клинику, но я из нее быстро сбежал. Было ощущение, что они просто решили на мне заработать: чем дольше ты лежишь, тем больше они получают. С платной медициной хватает проблем: как только в клинике понимают, что у тебя есть деньги, будут бесконечно их вытягивать.

До сих пор хочется найти какой-то чудодейственный способ, чтобы все прошло, но уже понимаю, что это навсегда. Надеюсь, что удастся за какое-то время выйти в ремиссию и обходиться без таблеток.

Риторический вопрос: хотели бы на самом деле избавиться от БАР навсегда?

— Это вопрос на самом деле о том, кем бы я был? Когда я только начинал работу в Архангельске, я укладывал доски, был плотником, был сторожем. Возможно, если бы я был обычным нормальным человеком, там бы и остался. Честно, грустно думать об этом. Да к тому же я и не смог бы поддерживать постоянно даже такую работу, меня бы вскоре уволили за прогулы и приступы безделья.

На подъеме я могу очень многое, и считаю, что сделал массу хорошего и полезного. Еще бывает так, что творишь какую-то фигню, а неожиданно получаешь результат.  Когда в бизнесе ты в целом в плюсе — значит, все хорошо. Хотя часто переживаю, что ничего принципиально нового за последнее время не сделал. Есть упрямое желание, чтобы каждый день был прорывом.

Биполярное расстройство сейчас называют «модным диагнозом», который чуть не у каждого второго среди звезд и гениев. Людей нередко упрекают в том, что они специально выискивают у себя симптомы…

— С таким не сталкивался. В моем окружении люди вообще не понимают, о чем идет речь. Им не объяснить, что бывают просто спады и подъемы, без внешних причин. Каждый раз допытываются: да что случилось у тебя? Все-таки, в чем дело? Даже жена, хотя многое понимает, спрашивает: чего ты грустный?

Звоню товарищу:

— Мне хреново.

— А ты где?

— В Амстердаме.

— Если бы я был в Амстердаме, было бы отлично!

Я в жизни только раз встретил человека, который отреагировал «Вау, как интересно, каково это?». Остальные отвечали что-то в духе: ну фигня, не заморачивайся. Или еще вариант: «Так это же настоящая жизнь, столько всего натворить! Хотел бы я так жить». Мои впечатления — для соотечественников что шизофрения, что биполярное расстройство, все звучит примерно одинаково.

В России к депрессии вообще странное отношение. Если человеку постоянно грустно, это не считается болезнью. Куда больше вопросов при нашем менталитете вызывают люди счастливые, улыбающиеся до ушей. Вот на этих смотрят и крутят пальцем у виска.

Не могу не задать философский вопрос: согласны ли вы с тем, что Россия безумная страна, и чтобы добиться здесь успеха, нужно быть немного ненормальным?

— Если говорить про предпринимателей, то все они в какой-то степени е****ые [ненормальные]. Нормальный человек работал бы в струе, встраивался в систему. Большинство готовы становиться «винтиками», а в бизнесе нужно каждый день что-то самому придумывать.

Я хорошо представляю себе этих людей, потому что одно время их консультировал. У всех какие-то тараканы. Один мужик пришел, заплатил тысячу долларов за консультацию и стал жаловаться на депрессию. Вроде у него все есть: жена, любовница, дома и в России, и в Азии. Он в итоге сходил на урок живописи и начал рисовать картины.

Мир хаотичен и неуправляем. Но некоторые люди каким-то чутьем его улавливают, находят свое место. Думаю, психические расстройства очень распространены среди бизнесменов и политиков, но об этом не говорят. Не говорят, потому что боятся, что поставят диагноз. Когда в России известный человек говорит, что у него биполярное расстройство, об этом будут писать все конкуренты: такой-то — больной на голову, до свидания. Тот же эффект, когда говоришь, что ты гей, я проверял.

На западе каминг-ауты что-то дают людям, а в России — нет. Так что говорить стоит, если просто хочешь поделиться наболевшим.

Беседовала Маша Пушкина

Поделитесь с друзьями

Нам интересно ваше мнение

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *